Alexander Pushkin

Узник

Сижу за решеткой в темнице сырой.
Вскормленный молодой ,
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюет под окном ,
Клюет, окно ,
Как будто со мною задумал одно;
Зовет меня взглядом и криком своим
хочет : “Давай улетим!
Мы вольные птицы; пора, брат , пора!
Туда , где за тучей белеет гора,
Туда , где синеют морские края,
Туда , где гуляем лишь ветер… да я !..

Зимний вечер

Буря мглою небо кроет,
Вихри снежные крутя;
То , как зверь, она завоет,
То заплачет, как дитя,
То по кровле обветшалой
Вдруг соломой зашумит,
То , как путник запоздалый,
К окошко застучит.
лачужка
И печальна и темна.
Что же ты , моя старушка,
Приумолкла у окна ?
Или бури завываньем
Ты , мой друг , утомлена,
Или дремлешь под жужжаньем
Своего веретена?
Выпьем, добрая подружка
Бедной юности моей ,
Выпьем с горя; где же кружка?
Сердцу будет веселей.
Спой мне песню, как синица
Тихо за морем жила;
Спой мне песню, как девица
За шла .
Буря мглою небо кроет,
Вихри снежные крутя;
То , как зверь, она завоет,
То заплачет, как дитя.
Выпьем, добрая подружка
Бедной юности моей ,
Выпьем с горя: где же кружка?
Сердцу будет веселей.

К ***

Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты ,
Как мимолетное виденье,
красоты .
В томленьях грусти безнадежной
В тревогах шумной суеты,
Звучал мне долго голос нежный
И снились милые черты.
Шли годы . Бурь порыв мятежный
Рассеял прежние мечты ,
И я забыл твой голос нежный,
Твой небесные черты.
В глуши, во мраке заточенья
Тянулись тихо дни мои
Без божества, без вдохновенья,
Без слез, без жизни , без любви .
Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты ,
Как мимолетное виденье,
красоты .
И сердце бьется в упоенье,
И для него воскресли вновь
И божество, и вдохновенье,
жизнь , и слезы, и любовь .

Exegi monumentum

Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не зарастёт народная тропа,
Вознёсся выше он главою непокорной
Александрийского столпа.
Нет , весь я не умру – душа в заветной лире
Мой прах переживёт и тлeнья убежит
И славен буду я , доколь в подлунном мире
Жив будет хоть один пиит.
Слух обо мне пройдёт по всей Руси великой,
И назовёт меня всяк сущий в ней язык ,
И гордый внук славян, и финн, и ныне дикий
Тунгус, и друг степей калмык.
И долго буду тем любезен я народу,
добрые я лирой пробуждал,
Что в мой жестокий век восславил я свободу
И милость к падшим призывал.
Веленью бoжию, о муза, будь послушна,
Обиды не страшась, не требуя венца;
Хвалу и клевету приeмли равнодушно
И не оспаривай глупца.

Я вас любил : любовь еще , быть может,
В душе моей угасла не совсем;
Но пусть она вас больше не тревожит;
хочу печалить вас ничем.
Я вас любил безмолвно, безнадежно,
То робостью, то ревностью томим;
Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам бог любимой быть другим.

Nataliya Nikolaevna Pushkina-Lanskaya

she was the wife of the  poet Alexander Pushkin from 1831 until his death in 1837

Nataliya Nikolaevna Pushkina-Lanskaya, was the wife of the Russian poet Alexander Pushkin from 1831 until his death in 1837

Nataliya Nikolaevna Pushkina-Lanskaya, was the wife of the Russian poet Alexander Pushkin from 1831 until his death in 1837

МАДОННА

Сонет
Не множеством картин старинных мастеров
Украсить я всегда желал свою обитель,
Чтоб суеверно им дивился посетитель,
Внимая важному сужденью знатоков.
В простом углу моем , средь медленных трудов,
Одной картины я желал быть вечно зритель,
Одной: чтоб на меня с холста, как с облаков,
Пречистая и наш божественный спаситель —
Она с величием, он с разумом в очах —
Взирали кроткие, во славе и лучах,
Одни, без ангелов, под пальмою Сиона.
Исполнились мои желания.
Творец Тебя мне ниспослал, тебя , моя Мадонна,
Чистейшей прелести чистейший образец.
8 июля 1830

Alexander Pushkin  Children’s poems

У лукоморья дуб зелёный

Из поэмы “Руслан и Людмила”

У лукоморья дуб зелёный

Златая цепь на дубе том :
И днём и ночью кот учёный
Всё ходит по цепи кругом;
Идёт направо – песнь заводит,
Налево – сказку говорит .
Там чудеса: там леший бродит,
Русалка на ветвях сидит ;
Там на неведомых дорожках
Следы невиданных зверей;
Избушка там на курьих ножках
Стоит без окон , без дверей ;
Там лес и дол видений полны;
Там о заре прихлынут волны
На брег песчаный и пустой,
И тридцать витязей прекрасных
Чредой из вод выходят ясных,
И с ними дядька их морской;
Там королевич мимоходом
Пленяет грозного царя;
Там в облаках перед народом
Через леса, через моря
Колдун несёт богатыря;
В темнице там царевна тужит,
А бурый волк ей верно служит;
Там ступа с Бабою Ягой
Идёт , бредёт сама собой,
Там царь Кащей над златом чахнет;
Там русский дух… там Русью пахнет!
И там я был , и мёд я пил;
У моря видел дуб зелёный ;
Под сидел , и кот учёный
говорил .

Eugene Onegin